November 20th, 2011

жопа

Вспомнила.

В школе я училась довольно легко. Среди учителей считалась девочкой способной, но ленивой. Предметы, которые мне нравились - я практически не учила, всё само собой укладывалось в голове. Хуже было с теми предметами, которые казались мне скучны... Меня не занимала совешенно математика, хотя физика была очень интересна, я угрюмо зевала на химии, и, чёрт побери, ненавидела черчение. Но главной моей проблемой всегда был немецкий...
Преподавала нам его древняя, как Ветхий Завет, русская немка Ирина Арнольдовна. Ей уже было глубоко за 70, но она педантично, не болея, ходила на работу. Про неё рассказывали, что она получила образование в Институте Благородных Девиц и пережила блокаду, а после - лагеря, никогда не была замужем и родственников у неё не осталось. Ну, при таком отчестве - удивительно, как выжила вообще... Жила она в однокомнатной квартире с двумя спаниелями, и эти спаниели занимали весь её мозг, не занятый работой. И если нам хотелось сорвать урок, то кто-нибудь в начале урока её осторожно спрашивал: "Ирина Арнольдовна, как поживают Ваши собачки?" Она расплывалась в улыбке и минут по 20-30 рассказывала, какие они у неё чудесные, умные и ласковые, тапочки умеют приносить, и что сейчас очень плохо топят, в квартире зимой сильно холодно, и она одевает на них свои панталоны с начёсом, что бы собачки не простудились... О, эти пантолоны! Как дружно ржал в кулаки весь класс, когда Ирина Арнольдовна роняла мелок возле доски и наклонялась его поднять, сверкая панталонами до колен... Ходила она всегда в тёмно-синем сарафане, менялись только блузки - безукоризненно-белые, с кружевными воротничками ручной работы. Не удивлюсь, если эти воротнички она носила ещё институткой...
Немецкий давался мне очень тяжело. Я вообще, подозреваю, к языкам ( кроме русского) не способна. Может быть, случись мне жить в другой стране, я и наблатыкалась бы общаться, но тогда из собеседников у меня была только Ирина Арнольдовна и , такие же как я, тупые ученики. Но кое-как мы всё равно выгребали на четвёрки, пользуясь некоторой глухотой нашй старенькой Ирины, подсказывали друг дружке и вовсю пользовались шпаргалками. Уроки немецкого были для всех унылой тратой времени, мы, как могли, развлекались, громким шёпотом коверкая подсказки тому, кто стоял у доски : "Зю-зю лебен инс будильник, лошадь геен по дороге..." Ирина Арнольдовна сердилась, если мы вели себя уж совсем безобразно и фыркала, сверкая глазами: "Гадкие, гадкие, невоспитанные дети!" Забирала журнал и уходила жаловаться директору. Директрисса же наша, Анна Семёновна, была крестьянских кровей и имела безукоризненную партийную биографию. Ей бы на тракторе работать, но она учила детей химии, держа дисциплину, как в казарме. Поэтому мы предпочитали лишний раз не нарываться на встречу с ней и быстро сматывались из класса, в случае, если кто-то пошёл за директором... ...Но расплата была неминуема. Возмездие было неизбежным и суровым...
Я так долго и старательно забывала всё, что хоть мало-мальски связано со школой, но вот - сегодня поболтала в сети с подружкой из паралельного класса - и пожалуйста... Всё всплыло, как будто выпускной был пару недель назад...(((