ja4menevo (ja4menevo) wrote,
ja4menevo
ja4menevo

Category:

Продолжение: Юрий Долгорукий и далее

Изяслав II Мстиславич (1097–1154)
Юрий Владимирович Долгорукий (1095(1097?)–1157)
Юрий Владимирович родился около 1095–1097 года. Отец наделил его Ростово-Суздальским уделом; помогал в управлении юному княжичу воевода Георгий Симонович. В 1107 году сын Мономаха женился на дочери половецкого хана Аепы. Этот брачный союз был направлен против Волжской Булгарии, которая стала представлять для Северной Руси более серьезную угрозу, нежели половцы. Уже в 1120 году Юрий ходил в поход против Волжской Булгарии (После смерти своей первой супруги Долгорукий вторично женился на гречанке, имя которой неизвестно).
Через всю жизнь Юрий пронес мечту о княжении на днепровских берегах. Будучи одним из младших сыновей Мономаха, он не мог рассчитывать на киевский стол. Однако Юрий Владимирович не любил и не умел покоряться. Практически вся жизнь этого князя прошла в неисчислимых военных походах. По сути, рассказ о деятельности Долгорукого — это рассказ о бесконечных усобицах, вспыхивающих в то время. Уже при Ярополке Владимировиче Юрий стремился повлиять на политическую ситуацию в Южной Руси, получить там княжение, которое со временем можно было бы использовать как трамплин для овладения Киевом. Тем более он не мог примириться с правлением в Киеве князей черниговских, а потому навсегда остался врагом Всеволоду Ольговичу. По всей видимости, из-за непомерного честолюбия Юрий и получил свое широко известное прозвище — Долгорукий.
Во множестве войн, которые вел этот беспокойный князь, постоянной опорой и крепким тылом ему служила Ростово-Суздальская Русь — княжение, полученное еще в наследство от отца. И Юрий с присущим ему энтузиазмом взялся за освоение этого края, которое начал в свое время еще Мономах. Долгорукий возвел здесь города: Звенигород, Дмитров, Юрьев, Москву. Были выстроены укрепления для княжеской резиденции в Кидекше, прикрывавшие со стороны реки Нерль Суздаль, который стал теперь играть более значимую роль, чем Ростов. Там же, в Кидекше, на живописном берегу Нерли, была в 1152 году построена белокаменная церковь святых Бориса и Глеба, расписанная византийскими мастерами (храм и фрагменты росписи сохранились до наших дней). Во Владимире появился каменный храм святого Георгия (1152 год), а в Переяславле-Залесском была заложена церковь святого Спаса (достраивал ее уже сын Юрия Андрей). Все это время Долгорукого продолжал манить древний Киев, а Северные земли были для него, скорее всего, средством для достижения заветной цели...
Потому Юрий не смог стерпеть вокняжение в 1146 году в Киеве своего племянника Изяслава. Он вступил в борьбу с этим новым врагом, причем союзником его оказался Святослав Ольгович, брат Всеволода и плененного Игоря. Спасаясь бегством из захваченного Изяславом Киева, Святослав рассчитывал на помощь своих сродников Владимира и Изяслава Давидовичей, князей Черниговской земли, внуков Святослава Ярославича, которые тоже были связаны вассальной присягой Игорю. Однако те почли за лучшее перейти на сторону Изяслава Мстиславича и попытались отнять у Святослава Новгород Северский и захватить принадлежавшие ему богатства. Юрий Долгорукий и Святослав заключили союз и не без успеха вели военные действия против общих врагов. В 1147 году Долгорукий решил встретиться со Святославом, чтобы обсудить связывающие их дела. Сообщение летописи об этом событии поистине эпохально: «И прислал Юрий [к Святославу] сказать “Приди ко мне брат на Москву”». Так выглядит первое упоминание о будущей столице России. В тот момент она представляла собой небольшое село, в котором Долгорукий часто устраивал пиры для своих гостей. (Сохранились и более поздние упоминания об основании Москвы, связывавшие начало Первопрестольной с боярином Кучковым. Сама Москва в этой записанной в XVI–XVII веках легенде именуется Кучково).
Затем Святослав, сопровождаемый сыном Долгорукого Глебом, отправился в поход против Давидовичей. Ему удалось склонить князей к миру, причем те вновь поступили вероломно, не поставив Святослава в известность о переговорах со своим бывшим союзником Изяславом Киевским.
Великий князь в это время был занят немаловажными церковными делами, имеющими, впрочем, политическую подоплеку. По его инициативе, собор русских епископов самостоятельно, без санкции Константинополя, избрал русского митрополита. Им стал Климент Смолятич (т. е. житель Смоленска). Впрочем, единодушия среди иерархов не было, некоторые из них заявили о принципиальном несогласии с этим избранием. Именно за такую «строптивость» был заключен в Киево-Печерском монастыре Нифонт Новгородский. Позиции нового митрополита Климента были довольно слабыми, ибо он оказался полностью зависящим от успехов своего покровителя Мстиславича.
Давидовичи, между тем, звали к себе Изяслава — якобы для совместного похода против Юрия. Киевляне не захотели поддерживать этот поход, они говорили великому князю: «Княже, ты на нас не гневайся, не можем мы на Владимирово племя руку поднять». Изяслав двинулся в поход с малой дружиной, но на пути его настигла весть об измене Давидовичей. Он немедленно отправил гонцов с известием о предательстве в Киев. На вече решено было наказать отступников. Кто-то призвал убить также и Игоря Ольговича, который жил схимником в монастыре святого Федора. Разъяренная толпа двинулась туда и растерзала несчастного монаха, несмотря на увещевания властей и митрополита. Изяслав был возмущен этой расправой, справедливо полагая, что вину за нее молва возложит на него, но в сложившейся ситуации ничего не мог поделать, и виновные остались безнаказанными: ссориться с киевлянами сейчас было крайне не выгодно. И война вспыхнула с новой силой. В 1148 году Изяславу удалось склонить к миру и союзу Святослава Ольговича и обоих Давидовичей. Мстиславичу помогла изолированность черниговских князей: их союзник Долгорукий вел в это время войну с Великим Новгородом. Перешел на сторону киевского князя и один из сыновей Юрия Ростислав.
Добившись замирения на Юге, Изяслав отправился к берегам Волхова. Новгородцы поддержали его поход в суздальские приделы. Он был предпринят зимой 1148–1149 годов и в ходе его великий князь нанес серьезный ущерб землям своего дяди.
Вернувшись в Киев, Мстиславич заподозрил в измене принятого им недавно Ростислава Юрьевича и почел за лучшее отослать его к отцу. Это дало повод Святославу Ольговичу вновь разорвать союз с великим князем и примкнуть к его врагу Долгорукому. Вместе они подошли к Переяславлю, который Юрий стал требовать для себя в обмен на мир. Произошла битва, в которой успех изменил Изяславу. Владимирович вошел в Переяславль, а позже и в Киев. Киевляне просили Изяслава удалиться, чтобы не подвергать город разорению, обещали ему верность, и князь ушел, взяв с собой митрополита Климента Смолятича (1149 год). Юрий же хотел закрепить новый успех и оставить Мстиславича без земель вовсе, что делало продолжение междоусобицы неизбежным.
В 1150 году войско Долгорукого двинулось на Волынь и осадило Луцк. В бою особенно отличился сын Юрия Андрей, проявивший редкое мужество и отвагу. Вскоре был заключен мир, и немалая заслуга в этом принадлежала Андрею, склонившему отца прекратить кровопролитие. Долгорукий дал обещание не тревожить Изяслава в его владениях на Волыни, позволил сохранить влияние в Великом Новгороде и посадить на киевский стол своего старшего брата Вячеслава. Предусмотрен был обмен захваченными ценностями. Однако Юрий не выполнил условий договора: Вячеслава он отправил в Вышгород и не вернул Мстиславичу обещанных трофеев.
Это дало повод Изяславу вновь напасть на дядю, его полки неожиданно появились у стен Киева, Долгорукий вынужден был бежать, ибо на поддержку киевлян рассчитывать ему не приходилось. Мстиславич вошел в город, но торжество его продлилось недолго, несмотря на то, что он сумел заключить союз с Вячеславом Владимировичем. Юрий при поддержке Владимирка Галицкого сумел отвоевать Киев. В поход на Волынь Долгорукий отправил своего сына, храброго Андрея. Через него Изяслав вновь пытался договориться с Долгоруким, прося сохранить за ним волынские земли, но на этот раз дядя и слушать его не хотел, тогда Изяслав прибег к иноземной помощи. При содействии венгров Мстиславич смог вновь утвердиться в Киеве в 1151 году. Изяслав сделал широкий жест, пригласив занять киевский стол Вячеслава Владимировича, который в ответ признал племянника сыном и поручил фактически взять на себя управление столицей. Вслед за своим покровителем вернулся в Киев и Климент Смолятич.
Война продолжалась, Юрий не оставлял попыток вернуть Киев, даже несмотря на увещевания старшего брата Вячеслава. Однако Изяславу удалось отбить его атаки. Долгорукий попытался соединиться с Владимирком Галицким, но Мстиславич не допустил этого, разбив войска дяди, бежавшего в Переяславль. Город был взят в осаду, и князю пришлось согласиться на мир, обязывавший его, посадив кого-либо из сыновей в Переяславле, удалиться в суздальскую землю. В 1152 году Долгорукий потерял все земли в Южной Руси и вновь должен был бежать в далекий Суздаль.
Не помогла Юрию и победа, одержанная Владимирком Галицким над сыном Изяслава Мстиславом, наведшим на Русь венгров. Теперь, после ухода своего союзника на север Руси, недавний победитель остался один на один с врагами: Изяслав, соединившись с королем венгерским, отправился в поход против Владимирка, разбил его войско, и князю пришлось укрыться в осажденном Перемышле. Мстиславич не был склонен заключать мир, желая добить врага, но галицкий князь смог воздействовать на венгерского короля, который пошел на примирение в обмен на клятву никогда более не враждовать с Изяславом. Владимирко целовал на том крест…
Юрий, собрав силы, вновь вернулся к Переяславлю при содействии Святослава Ольговича и половцев; да и Владимирко, еще недавно обещавший Мстиславичу дружбу, вновь пытался соединиться с суздальским князем, и лишь с помощью союзников Изяслава удалось воспрепятствовать ему это сделать. Изяслав вновь одержал победу над Юрием, который опять вынужден был уйти на север. Теперь настал черед вероломного Владимирка. К нему Мстиславич отправил своего посла Петра Бориславича. Тот потребовал от Галицкого князя возврата захваченных городов, ссылаясь на прежнюю клятву и обещая примирение. Владимирко же заявил, что собирается мстить Изяславу до смерти за то, что тот навел на его земли венгров. Петр напомнил князю, что некогда он скрепил свои обязательства целованием креста, но Владимирко цинично заметил: «Был тот крест невелик». Послу оставалось уехать ни с чем, однако, после того, как он произнес сакраментальную фразу о святой силе креста, который может покарать отступника, сразу после вечерни Владимирко умер! Потрясенный произошедшим, его сын и наследник Ярослав возвратил Петра Бориславича с дороги и пообещал Изяславу свою искреннюю дружбу и преданность. Но и это не предотвратило войны, ибо Ярослав вовсе не хотел возвращать городов, захваченных его отцом. В 1153 году произошла еще одна кровопролитная битва, победа осталась за Мстиславичем, хотя полностью разгромить галицкие полки ему не удалось — они укрылись вместе с князем в Теребовле, многие попали в плен. Понесший большие потери Изяслав отступил к Киеву, предварительно предав смерти всех незнатных пленников, и, как говорит летописец, «был плач великий по всей земле Галицкой».
В 1154 году Изяслав вступил в брак с абазинской княжной. Тем временем Юрий готовил новый поход, он вновь заключил союз с половцами, но массовый падеж лошадей помешал его планам, и, дойдя до Козельска, Долгорукий вынужден был отступить. А ведь его мечта о «златом столе киевском» была как никогда близка к осуществлению: внезапно умер главный соперник Долгорукого Изяслав.
В Киеве оставался номинальный великий князь Вячеслав Владимирович. По его инициативе в город был приглашен другой Мстиславич — Ростислав Смоленский, которого старый князь назвал своим сыном и который должен был заменить ему умершего Изяслава.
В союзе с Юрием Долгоруким, пользуясь удобным моментом, выступили черниговские князья Святослав Ольгович и Изяслав Давидович. Ростислав не без успеха противостоял им, сумел отбросить врагов от Переяславля, устремился далее, к Черниговским землям, но в Вышгороде его настигло горестное известие: скоропостижно скончался его дядя Вячеслав. Ростислав поспешил вернуться в Киев. Мономаховича с почестями похоронили в древнем Софийском соборе, а его названный сын раздал горожанам все имущество покойного князя, оставив себе только один нательный крест. После того Ростислав вновь пошел на Изяслава Давидовича, но новый поход был неудачен, после чего, так и не успев заручиться твердой поддержкой киевлян, он вынужден был затвориться в Смоленске и уступить Изяславу Киев.
Подобный исход не мог устроить Юрия Владимировича, так много сил отдавшего борьбе за престол своих предков и уже ощутившего близость к заветной цели. Да и новый великий князь был не тем соперником, который мог реально противостоять ему. Святослав Ольгович отказал Изяславу в поддержке, Ростислав Смоленский заключил с суздальским князем союз, и Давидовичу не оставалось ничего больше, как только вернуться в Чернигов. Наконец, в 1155 году, Юрий вошел в Киев, не имея более соперников, способных оспорить его вокняжение.
Овладев днепровской столицей, Долгорукий посадил сыновей по южнорусским городам. Андрей получил Вышгород, Борис — Туров, Глеб — Переяславль, Василько княжил в Поросье. Еще один сын Мстислав стал новгородским князем (Новгород был слишком зависим от Суздаля и не мог не считаться с усилившим свои позиции мономаховичем). Долгорукий организовал поход на Волынь, где княжил Мстислав Изяславич — сын заклятого врага князя, у которого, по-видимому, нашел приют митрополит Климент Смолятич. Предпринятый поход успеха не имел, но войны уже мало привлекали Владимировича. Киевский князь был заинтересован в утверждении мира на Руси, а потому старался обходиться без кровопролития. Юрий заключил союзы со Святославом Ольговичем, Изяславом Давидовичем, с Ростиславом Смоленским, при этом, зачастую соглашаясь на территориальные уступки, демонстрируя готовность идти на компромиссы. В одном он был непреклонен: Киев с главнейшими пригородами должен принадлежать его роду.
Вскоре после своего вокняжения на днепровских берегах Долгорукий понес ощутимую потерю: его сын Андрей покинул Вышгород и ушел в Суздальскую землю, предназначенную Юрием младшим сыновьям. Это усложняло передачу киевского стола по наследству, ведь кто, как не мужественный Андрей, мог заставить подчиниться себе Южную Русь? Однако Андрей Юрьевич предпочел жить на севере, где его позиции, благодаря народной поддержке, были несравненно сильнее. К тому времени Ростово-Суздальская земля намного усилила свою роль в общерусской политике — неслучайно, опираясь именно на ее ресурсы, Долгорукий сумел достичь «златого киевского стола». Наступали новые времена, когда средоточие политической жизни должно было переместиться на север. Юрий, ослепленный борьбой за Киев, этого, по всей видимости, не понимал, а вот его прагматичному сыну грядущие перемены виделись достаточно отчетливо.
В свое время Юрий не брезговал использовать половцев в личных целях, теперь ему, как великому князю, предстояло устранить половецкую угрозу. Для этого он, не доводя дела до кровопролития, пустился в дипломатические переговоры, часто прибегая к демонстрации своей военной мощи. Его «снемы» (съезды) с половецкими ханами состоялись в Каневе и Зарубе. Недалеко от места этих встреч Юрий сосредотачивал боевые дружины, желая запугать кочевников. Эта тактика оказалась довольно успешной, половцы не беспокоили мономаховича и порой даже помогали его союзникам.
Наконец были улажены и разногласия Киева с Константинополем, оттуда прибыл новый митрополит Константин. Церковь приняла сторону Долгорукого: новый русский первоиерарх предал анафеме беглого митрополита Климента Смолятича и покровительствовавшего ему покойного Изяслава Мстиславича, что вполне отвечало политическим интересам Юрия.
Долгорукий не смог добиться главного: поддержки киевского вече. Вступив в город как завоеватель, он не мог до конца доверять его жителям, потому что с ним пришло множество суздальцев; некоторые из них были разведены для прокорма по городам Киевской области, что, конечно, киевлян не устраивало. Не может не наводить на размышления неожиданная смерть князя в 1157 году после пира у некоего Петрилы. Возможно, князь был отравлен. После его похорон произошли грабежи по городам киевской земли, от которых в первую очередь пострадали пришедшие вместе с Юрием суздальцы.
Княжить к себе киевляне призвали Изяслава Давидовича, которого в 1159 году заменил Ростислав Мстиславич Смоленский.



(с) Борис Трубников

https://www.facebook.com/boris.trubnikov.7?fref=nf
Tags: из глубин, любопытненько
Subscribe

  • Москва и после Москвы

    Столица меня не разочаровала. Она прежняя, хоть и напялили на неё новогодний кокошник , а снять забыли. Пандемия, конечно, здорово на людей…

  • Рождество

    В Рождество с утра ездили в Псков, встречали гостью наших детей, гуляли её по городу, потом поехали в Изборск, погуляли и там. Пошли на Труворово…

  • ха-ха два раза

    Когда буржуи построят свой цифровой концлагерь, придут два пьяных электрика и устроят всем конец света. В ночь на 2 января у нас опять обрубили…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments