ja4menevo (ja4menevo) wrote,
ja4menevo
ja4menevo

Categories:

Морок.

Я стояла возле "Стены плача" в раздумьях - зайти ли мне в кафе, или же перекусить кефиром и бананом, купив этот полезный для кишечника набор в ближайшем магазине. До магазина было далеко, а кафе - вот оно, рядышком, тёплое, умеренно уютное. Когда-то давно неподалёку был "Бисквит", буржуйский оплот Арбата, где мы, неформальные ублюдки, могли надыбать вкусных ништяков: посетители, как правило, набирали по нескольку блюд, а съесть всё не могли - очень калорийные были сладости, особенно взбитые сливки, моментально распирающие желудок. И те из нас, кто оказывался проворнее убощиц, быстро доедали остатки с тарелок, потому как голод не позволял такой роскоши, как брезгливость. Уборщицы были снисходительны к нам, в шутку называя "обществом чистых тарелок", если были в хорошем настроении, и ворчливо грозясь нас сдать ментам, если с утра встали не с той ноги. Я решила пройтись до здания, где раньше было это спасительное заведение, дошла почти до самой Смоленской, но так и не смогла узнать этого дома. Чудеса памяти, пятнистая амнезия... Так отчётливо помню запах ванили и корицы, стоявший в этой закусочной "американского типа" ( так говорило старшее поколение, потому как сидячих столиков там почти не было, ели стоя), и совершенно не могу вспомнить, как она выглядела снаружи. Помню только массивную резную ручку на дверях, облезлую и залакированную ладонями любителями взбитых сливок.

Именно возле этого кафе когда-то я поссорилась с милым юношей, не помню уж из-за чего. И разозлившись на него пошла гулять по Арбату, гордо задрав нос и изображая полнейшее моё к нему равнодушие. В сердцах ляпнув, что "выйду за первого встречного!", познакомилась с художником, рисовавшим пастелью портреты и через 3 месяца вышла за него замуж... Зачем? Этот вопрос я до сих пор задаю себе и не нахожу ответа. Но тогда, когда я в ярости мела подолом длинной юбки арбатскую мостовую, у меня была тысяча и одна причина выйти замуж за этого чудесного человека. Мне необычайно повезло в тот раз. Славка ( так звали художника), был талантлив, обаятелен, добр, весел, умён, с чувством юмора и совершенно, феерически честен. Не врал никогда. Вообще. У него был один-единсвенный недостаток: он называл меня Чижиком. Меня это страшно бесило - какой я Чижик? Я, самая что ни наесть эмансипэ, сильная женщина, которая всегда всё решает сама, независимая и гордая как нынешняя Эстония, и вдруг - Чижик... Конечно же он был прав. Он был старше, мудрее, добрее и куда умнее меня... Зато со мной ему было весело и легко.

Только теперь я могу оценить по достоинству тех людей, которые меня тогда окружали. Бог посылал мне самых лучших, кого мог найти, а я, как эгоистичный ребёнок, беззастенчиво пользовалась их добротой и добросердечием.

Со Славой мы развелись через 2 года. Через 2 самых тяжёлых, самых страшных года моей жизни, когда не было ничего - ни любви, ни счастья, ни эмоций, а только вечная мерзлота наркотических тусовок...

Ничем не могу теперь я объяснить, почему я первый раз позволила приятелю дефлорировать фенамином мою вену. То ли от травы бдительность ослабла, то ли приятная компания. Художник Коля узнав, что я никогда и ничего по вене себе не пускала, только
усмехнулся и сказал, что мне и полкубика хватит для начала. Мне хватило... 8 часов подряд я рисовала Колин портрет, он только подсказывал, где сыграет тень, а где нужен блик. Урок рисования пошёл мне в прок - с тех пор я не рисую портретов карандашом.

Первый раз не был страшен. И после я не испытала ни ломок, ни потребности найти следующую дозу - просто спала двое суток. Но когда мне предложили второй раз, я согласилась уже с лёгкостью - была уверена, что к стимуляторам нет привыкания, всё это враки с целью напугать детей. А потом выяснилось, что фен даёт потрясающую работоспособность на репетициях и сейшенах, что я способна танцевать по 6-8 часов подряд. Правда, и спать после этого было необходимо намного больше, и ноги начинали болеть, зато танцевала я так, словно меня в розетку включили - зал заводился только от одного моего появления на сцене. Я переставала существовать во время танца. Была только музыка, тело сливалось с нею и становилось её частью - ах, как непередаваемо хорошо мне было! Ейфория передавалась музыкантам, они начинали играть с драйвом, публика дёргалась и визжала, на меня сбегался смотреть весь персонал Дворца Молодёжи. Я быстро стала местной звездой, даже автографы раздавала...

Это уже потом был нарыв на руке, уже потом начались скандалы с любовником - алкоголик и наркоманка вряд ли поймут друг друга. Слишком разное восприятие действительности. Муж уже давно жил отдельно, в своей мастерской, я только изредка забегала стрельнуть у него денег и сварить ему что-нибудь из горячей еды. И потом уже были странные люди с тупым упорством во взгляде, потом уже стало всё равно, что запускать себе по вене, лишь бы хоть ненадолго, хоть на чуть-чуть выпасть из этой серой, унылой реальности, которая ну никак не могла сравниться с теми переживаниями, что давала игла. И потом уже начались ломки, но физическая боль мне была нестрашна - хуже всего была пустота, пожирающая меня изнутри. Пустота, ненужность, нелюбовь, тоска по чему-то такому, что мне так и не суждено будет узнать - я была уверена, что я рождена не для счастия, а для страданий (выкиньте из библиотеки Достоевского!), и страдала изо всех сил, на которые была способна. "Я страдала-страданула..." Весь этот бред, что "страданиями душа совершенствуется" я переживала чуть не с наслаждением, старательно делая себе хуже и хуже.


В таких вот грустных раздумьях и воспоминаниях стояла я на Арбате прошлой весною. Образы, лица наплывали друг на друга, лица людей, которых уже давно нет в живых, полустёртые, но такие ещё тёплые, звучащие на разные голоса...

Весёлые Скрип, Пеля, Марьяна...

Несчастная Кристи, пролежавшая больше месяца в коме и так и не вышедшая из неё...

Дима Рысцов, шагнувший с крыши высотки; Лариска Беленицкая, истекшая кровью во время родов; несчастный, давно уже живущий овощем в дурке Максимка Комиссаров, с гитрарой наперевес; лохматый Ромка со страшным шрамом поперёк горла; Оленька Косолап, длинноногая дочь мента - как чудовищно длинен это список!

Лица всё тянутся, тянутся...

Вот и свежие совсем. Маршалл, в изменённом состоянии сознания попавший под Фольксваген; Димка Поручик - рак мозга от ПСП; Дима Киса - в тюрьме за наркоту; милый, любимый мальчик Фрол, поэт и мистик, вскрывший себе вены; Наташка Чеботарь, забитая до смерти другими наркоманами.

Лица всё тянутся, тянутся...

Упокой Господи души мятежные мучеников погибших от бесовской заразы.

(с)
Tags: словоблудно
Subscribe

  • вопрос залу

    Девушки-огородницы, признавайтесь, кто у меня спрашивал про сорт томатов "Столыпин"? Кому я обещала семена снять? Памяти нет совсем.

  • дождались, блядь

    Мы ждали лета - пришёл Пиздец. На солнце пекло и слепни, в тени комары. Если честно, я за всю свою немаленькую жизнь не видела столько разнообразных…

  • Как я зол

    Вроде выкарабкиваемся из сезона пыльцы. Второй день почти без лекарств, только сальбутомол. Дожди, дожди, дожди, ещё и холодрыга. Сажать некогда, да…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments

  • вопрос залу

    Девушки-огородницы, признавайтесь, кто у меня спрашивал про сорт томатов "Столыпин"? Кому я обещала семена снять? Памяти нет совсем.

  • дождались, блядь

    Мы ждали лета - пришёл Пиздец. На солнце пекло и слепни, в тени комары. Если честно, я за всю свою немаленькую жизнь не видела столько разнообразных…

  • Как я зол

    Вроде выкарабкиваемся из сезона пыльцы. Второй день почти без лекарств, только сальбутомол. Дожди, дожди, дожди, ещё и холодрыга. Сажать некогда, да…